www.pressball.by
Видимо, еще немного, и каждое заседание исполкома отечественной хоккейной федерации будет носить оттенок чрезвычайности. По крайней мере в течение этого лета таковыми оказались оба. Нынче дискутировали обо всем: деньгах, регламенте, спорных моментах в процессе оформления перехода игроков. И, судя по всему, большинство затронутых проблем, вызывали у традиционно председательствующего на форуме главы ФХРБ Владимира Наумова трудно скрываемое недовольство.
Обозначено оно было уже в первых словах, обращенных к аудитории: "Вообще-то собраться мы планировали позже. Но в федерацию пошел поток просьб рассмотреть ту или иную ситуацию. Такое чувство, что инициаторы озабочены скорее не тем, как больше работать с командами на местах, а тем, как придумать и поднять побольше вопросов".
По итогам заседания едва ли кто-либо из просителей добился удовлетворения. Так фактически ни с чем уехали представители "Химика"-СКА. Новополочане апеллировали к "Гомелю", получившему по весне 200 тысяч долларов от НХЛовского "Монреаля" - компенсация за Сергея Костицына, уезжавшего за океан с берегов Сожа. "Химик" претендует хотя бы на часть этих денег - в детстве и ранней юности Костицын-маладший постигал азы хоккея именно в родном Новополоцке. Но претензии "химиков" были Наумовым отклонены. Вернее - перенаправлены: "В таких случаях федерация не должна играть роль третейского судьи, хорошо бы вам договориться с гомельчанами полюбовно. Нет - существуют суды, которые и должны рассматривать такие вопросы".
В роли обвиняемых "рыси" выступали недолго, и в следующем же эпизоде они были представлены уже как потерпевшие. Речь о разнарядке, по которой перспективный молодняк нынче временно делегируется в бобруйский "Шинник" - базовую команду молодежной сборной. Директор "Гомеля" Игорь Молчанов обратил внимание на явный дисбаланс: его клуб "добровольно-принудительно" отправил в расположение бобруйчан семерых (из них пять - хоккеистов основы), тогда как конкуренты по ОЧБ - от силы по два-три. В итоге под ружьем у дружины Александра Андриевского остался некомплект - лишь три с половиной пятерки. Тему подхватил и "Керамин", посетовавший, что трое его недавних игроков спешно встали под знамена КХЛовского "Динамо", да и бобруйская "командировка" молодняка также имела место быть. Суть просьбы обоих клубов - предоставление в связи с этим кадровых льгот - от расширения легионерской квоты до хотя бы позволения укрепиться не имеющими контрактов белорусскими хоккеистами после "дэдлайна" перехода отечественных игроков (15 июня). Инициативу ходатаев косвенно поддержал и тренерский совет, в частности рекомендовавший не считать легионерами хоккеистов, подавших документы на получение белорусского гражданства и вернуться к практике "паспортного иммунитета" игрока с любым паспортом, моложе 20 лет.
Но и в этом случае найти понимание у председательствующего не удалось: "Для чего мы несколько месяцев обсуждали статус хоккеиста, регламент нового чемпионата? Чтобы, едва приняв, снова вносить правки, откатываться на позиции, с которых стартовали? Понимаю озабоченность "Гомеля", который, как может показаться, стал жертвой хорошей работы: наибольшим спросом у сборной пользуются его воспитанники. Но позиция федерации давно озвучена: государство вкладывает деньги в хоккей и вправе требовать отдачи на международном уровне, речь о молодежной сборной. И потом никто этих игроков не уводил, они лишь отправлены в аренду максимум на сезон, а часть может вернуться в родные клубы задолго до его окончания. Что до легионеров, то единственным документом, позволяющим им не считаться, является действующий белорусский паспорт", - заявил Наумов. В процессе этого обсуждения из уст главы ФХРБ прозвучало одно весьма существенное замечание: устав от недоразумений прошлого сезона, федерация нынче намерена свято следовать букве регламента, не делая исключений ни для кого и ни при каких обстоятельствах. То есть, к примеру, с просьбой дозаявить сборника на стадии плей-офф клубы теперь могут даже не обращаться - бесполезно.
Единственным вопросом, обсуждение которого завершилось "нулевым вариантом" стало создание ассоциации арбитров, на содержание которой клубы скидывались бы единовременно перед стартом сезона, избавляя себя от дальнейших хлопот по оплате проезда, размещению судей и оплате их работы после каждой игры. Концепция устроила все стороны, расхождение крылось в сумме. Запрошенные судьями 100 миллионов с каждого клуба вызвали волну возмущения, поднятую "Витебском": "В прошлом чемпионате судейство нам обошлось в 68 миллионов, и это включая местных судей за воротами, секретарей игр и так далее. Теперь аппетиты возросли почти вдвое: 100 миллионов ассоциации, еще 20 - судьям на местах", - заявил глава витебского клуба Владимир Базеко, которого поддержали коллеги из "Керамина" и "Гомеля". Было решено, что сумму "судейского взноса" коллегиально определят клубы. Руководство этим процессом и обоснование расчетов доверено главе минских "драконов" Александру Летецкому.
Наконец, самые острые дебаты вызвали трансферные споры "Бреста" со своим форвардом Василием Рытвинским и тяжба "Юности" и "Металлурга" за защитника Николая Стасенко. Первому брестчане сделали квалификационное предложение, которое позже не подкрепили контрактом (по версии руководства "зубров" - из-за отъезда игрока и его возвращения, когда штат команды был укомплектован). Со вторым ситуация сложнее: после истечения срока его контракта с минчанами он вроде бы заключил договор со жлобинскими "волками". Позже "Юность" повторила финансовое предложение жлобинчан, сохранив таким образом права на молодого защитника. Перебить этот козырь металлурги могли бы, предъяви они в свое время заключенный еще в конце апреля (по их словам) контракт и прибудь на заседание апелляционного комитета, где спор разбирался по существу. Тот же постановил, что Рытвинский должен играть в "Бресте", а Стасенко - в "Юности". "Или эти игроки будут фигурировать в заявках команд, или "Брест" и "Металлург" могут не подавать заявочные листы и не участвовать в 17-м чемпионате страны", - отрезал глава ФХРБ. Заодно брестчанам и жлобинчанам предписано заплатить штраф в 10 тысяч долларов в эквиваленте за игнорирование решений апелляционного комитета.
